Все чаще и чаще задумываюсь о том, что моя вера, мои убеждения, как вера и убеждения людей, которых посчастливилось узнать, прорастают из прошлых жизней. И даже безбожие многих, отсутствие каких бы то ни было убеждений, кощунственное богоборчество, словно удары сердец, мысли, отпечатки ума из эпох, канувших в Лету. И думаю о том, что некоторым из нас — мятежным, пришлось бы придумать религию и дать высшей силе имя созвучное с внутренним миром, в котором отражаются вселенные, который отражается во вселенных. Пришлось бы, не окажись в этом благословенном мире. Восславим же тех, кто был до нас, великих героев, прославленных мудрецов, высших существ, людей и богов!

Очень жаль, что автор неизвестен. Ее послание – прекрасно.
И еще апостол Павел сказал:
«…когда же настанет совершенное, тогда то, что отчасти прекратится. Когда я был младенцем, то по-младенчески говорил, по-младенчески мыслил, по-младенчески рассуждал; а как стал мужем, то оставил младенческое.
Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно, тогда же лицем к лицу; теперь знаю я отчасти, а тогда познаю, подобно как я познан.
А теперь пребывают сии: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше».
Тусклое стекло одним лишь знанием не очистить, потому и даны нам и вера, и надежда, и любовь.

В буддизме есть похожая притча, данный отрывок был взят мною из
цикла лекций Геше Джампа Тинлея, книга «Восемь дебютных ошибок»:
«Много миллионов лет тому назад Будда,
в одном из своих предыдущих воплощений, родился в царской семье
царевичем. В то время он еще не был Буддой, не был Просветленным, но он
уже был Бодхисаттвой. К тому времени, когда этому царевичу исполнилось
16 лет, он был добр, очень хорош собой и питал самый что ни на есть живой
интерес к Дхарме, он очень хотел получить духовное Учение для того, чтобы
укротить свой ум. В те же времена в этой местности обитал один страшный
каннибал-людоед, который поклялся, что будет есть одних принцев,
одних царевичей. И вот он услышал, что есть такой царевич Дава. Тогда он
вознамерился поймать этого царевича и сожрать.
Однажды людоед прослышал о том, что царевич Дава идет получать духовные
наставления от своего Учителя, духовного наставника, вместе с большим
количеством других людей. И вот во время духовного Учения туда вдруг
неожиданно явился этот людоед, людей охватила паника, они стали в страхе
разбегаться, давить друг друга, калечить. И тогда царевич Дава закричал:
»Не причиняй никому вреда! Я здесь, я царевич Дава, иди ко мне!« И тогда
людоед подскочил к царевичу, схватил его и унес.
И вот людоед унес царевича высоко в горы, положил его на большую
скалу и увидел, что царевич плачет. Тогда людоед сказал: „Я слышал, что
царевич Дава очень сильный, мудрый и храбрый человек, сегодня же, когда
его схватил людоед, он плачет. Я вижу, что он плачет“.
На это царевич Дава ему сказал: „Я плачу, но не из-за тебя. Мне безразлично,
убьешь ты меня или нет, потому что рано или поздно мне все равно
придется умереть; никто не может избежать смерти. Я плачу, потому что как
раз сегодня я получал драгоценнейшее Учение о том, как укротить свой ум,
и посередине этого драгоценного Учения ты схватил и унес меня оттуда, и я
не смог дослушать Учение до конца. И теперь я не смогу получить это драгоценное
Учение в будущем; жизнь за жизнью мне будет трудно его найти.
Поэтому сейчас я плачу. Если можешь, пожалуйста, отпусти меня, дай мне
дослушать Учение до конца, после чего я вернусь к тебе“.
Тогда этот людоед захохотал и сказал: „Ты хочешь обхитрить меня?“
На что царевич Дава ответил: „Солнце может погаснуть, океан может
высохнуть, но царевич Дава никогда не скажет неправду“.
Эти слова несколько поразили людоеда. Он сказал: „Хорошо, можешь
идти, потом вернешься. Но если не вернешься, я тебя все равно поймаю“.
И царевич Дава сказал „хорошо“ и ушел. Через несколько дней царевич
вернулся к людоеду…
(Эта история — не просто история; в ней между строк вы можете найти
очень много мудрых советов. Например, в словах царевича: „Я не боюсь,
что ты меня убьешь; убьешь ты меня, не убьешь, — рано или поздно мне все
равно придется умереть. А плачу я потому, что не смог дослушать до конца
драгоценнейшее духовное Учение“. Эти слова дают вам
очень хороший совет. — Геше Джампа Тинлей)
Увидев, что царевич возвращается к нему, людоед был потрясен еще больше.
Он увидел, что царевич возвращается к нему с сияющим, счастливым лицом,
совершенно счастливый, умиротворенный, и говорит: „Спасибо тебе
большое, что отпустил меня, теперь мое желание исполнилось. Теперь я
твой, можешь сожрать меня, когда хочешь“.
Людоед сказал: „Никто так не ведет себя перед смертью, как ты сейчас“.
Он подумал: „Что же это за Учение такое он получил, которое сделало его
таким счастливым?“ И он спросил у царевича: „Пожалуйста, расскажи мне,
что за Учение ты получил от своего наставника, которое сделало тебя таким
счастливым даже в минуту перед смертью?“
На это царевич Дава сказал: „Какой смысл рассказывать драгоценное
Учение, излагать его тебе, кто не знает ценности Дхармы? Ты понимаешь
только ценность мяса. Смотри, мясо перед тобой, ешь же его!“
Но эти слова только еще больше распалили любопытство людоеда, и он
сказал: „Нет, пожалуйста, ты должен мне рассказать то Учение, которое ты
получил! Что это за Учение?“
На это царевич сказал: „Если тебя интересует это Учение, не думай, что
я могу вот так просто взять и рассказать его тебе. Для этого нужны особые
приготовления. Сначала сооруди трон для меня, но не потому, что я очень
важная личность, а из уважения к Дхарме.
(Я тоже сейчас сижу перед вами на троне, но не потому, что я очень важная
персона, просто то Учение, которое я собираюсь вам дать, необычайно
драгоценно. Поэтому я — тот человек, который излагает это Учение, — должен
сидеть на троне из уважения, из почтения к нему.
[Не потому, что я особый человек, я такой же, как вы. Это Учение —
большая драгоценность.] – Геше Джампа Тинлей)
И тогда людоед построил трон для царевича Давы. Царевич Дава, сев на
этот трон, сказал: А теперь сделай три простирания передо мной, это необходимо
для получения Учения.
Людоед сделал три простирания перед троном. После этого он опять
попросил: Передай мне то Учение, которое ты получил от своего учителя.
И царевич Дава ответил: Мой духовный Учитель сказал мне: если ты
вредишь другим, то косвенно причиняешь вред себе, потому что ты зависишь
от других. Поскольку ты зависишь от других, то, причиняя им вред,
косвенно вредишь самому себе. А также он сказал: Мой наставник сказал
мне: если ты помогаешь другим, то косвенно помогаешь самому себе, потому
что зависишь от других. Но раз ты зависишь от других, то, помогая другим,
ты в первую очередь больше помогаешь самому себе, а во вторую очередь
— помогаешь другим. Итак, — продолжал он, — мой Учитель сказал
мне: в своей жизни старайся не вредить ни одному живому существу,
делать все, что в твоих силах, чтобы помогать другим. Также, — сказал он,
— по словам моего Учителя, все, что ты видишь снаружи, в окружающем
тебя мире, не что иное, как отражение твоего собственного сознания. Если
сознание негативно, то все, что бы ты ни видел, кажется тебе отвратительным.
А если твой ум позитивен, то, куда бы ты ни смотрел, все покажется
тебе прекрасным, безупречным, чистым. Например, если вокруг тебя тысячи
зеркал, и ты, имея грязь на лице, смотришь в эту тысячу зеркал, то увидишь
вокруг себя отражения тысячи грязных лиц. Нам, людям, неприятно
видеть эти грязные отражения, и мы хотим смыть грязь с поверхности зеркал,
пытаемся отмыть поверхность зеркала. Значение этого в том, что все
живые существа занимаются только тем, что пытаются смыть с поверхности
зеркала отражение своего грязного лица. Но отражение грязного лица от
этого никуда не исчезает. Поэтому, сказал мой Учитель, нам не надо пытаться
вымыть тысячи зеркал; для того чтобы из них пропали эти отражения
грязных лиц, нужно только пойти и умыть собственное лицо, этого будет
достаточно. Если вы умоете одно грязное лицо, то от этого во всей тысяче
зеркал пропадут отражения грязных лиц.
С того самого момента, как людоед стал получать настоящее Учение, он
медитировал на нем, и в результате позже он достиг очень высоких духовных
прозрений, духовных реализаций. Итак, в первую половину жизни, будучи
людоедом, он настолько внушал людям ужас, что, едва услышав его
имя, они в страхе убегали и прятались. А во вторую половину жизни людоеда
люди стали искать встречи с ним. Если драгоценная Дхарма может превратить
даже людоеда в чистое существо, то почему она не может очистить
обычных людей, таких как мы с вами? Несомненно, она может очистить
наш ум, но насколько быстро это произойдет — зависит от нашего усердия“.

Мне вспомнились наши офицеры и солдаты во время Великой Отечественной войны. У них забирали оружие и уводили в военно-полевые суды, а наказаний было два: расстрел или штрафной батальон. Люди знали, что второе практически равнозначно первому. Но они отдавали оружие и шли за своими палачами.

В свое сэр Эдуард Тайлор написал фундаментальный труд «Первобытная культура». Огромный фактический материал и непредвзятые суждения автора дают богатую пищу для размышлений. Как этнограф сэр Эдуард искал основу культуры и предпосылки для дальнейшего развития цивилизации, опираясь на понятие архетипа как изначального образца для построения представлений об окружающем мире, так и об архетипе как о глубинных представлениях уже не отдельного человека, а социальных классов.
Эффект от чтения этой книги поразительный. Когда я взялся читать ее в первый раз, в пору далекой юности, чаще всего вспоминал слова одного из нацистских вождей: «Когда я слышу слово – „культура“, я берусь за пистолет». Извините за такую ремарку, но она имеет непосредственное отношение к обсуждаемой теме. Сэр Эдуард говорил о верованиях и человеческих сообществах, вопросов духа касался очень осторожно, временами избегая прямых выводов. Но он настолько чутко передал свои сомнения относительно развития нашей цивилизации, что подтверждения его мыслей можно наблюдать повсеместно. Врожденные психические образцы, которым человек чаще всего следует, толкают его: на бездумное удовлетворение чувственных желаний и потребностей; на компенсирование упомянутого в статье комплекса неполноценности. Производные от этих двух частных случаев – неисчислимы. Они опутывают человека прочной сетью пристрастий, наклонностей, тяготений. И как мы убедились из статьи и комментария к ней, образование в этом процессе особой роли не играет. Как была привычка к приятному, либо суеверие сильней выводов логического познания, так этот порядок вещей и сохраняется.
Впрочем, сэр Эдуард не случайно обходил молчанием уровень духа. Как ученый он понимал, что нет неопровержимого метода зафиксировать влияние на материальный план этой сферы существования. А как человек своего времени понимал, насколько легко сойти с пути непредвзятого познания и захлебнуться в волнах мистицизма.
Наша культура вполне допускает каждодневную голодную смерть в странах третьего мира. В «99 франках» было сказано, что десяти процентов от потраченного на рекламу будет достаточно, чтобы победить на Земле голод. Я не могу представить, что можно сделать на 10% от потраченного на армии и вооружение. Кстати говоря, оболванивание людей – верный признак нашей культуры и цивилизации. Все пойманные мошенники в голос твердят, что их жертвы жаждали быть обманутыми. О том же говорит автор «99 франков».
Друзья мои, мне страшно ставить знак равенства между человеческой природой и человеческой культурой, на ум сразу же приходит д-р Геббельс. Может быть, именно поэтому сэр Эдуард (и не только он), некоторые вопросы обходил молчанием, а мы с вами ищем точку опоры в древних учениях, которые к истокам нашей культуры и цивилизации были намного ближе нас.

Почитал выборку из поисковика: «Рам Бахадур Бомджан». Чаще всего встречаются слова: «прославился», «исследование» и словосочетание« „покинул место медитации“. Один из комментаторов написал, что у Палдена Дордже ум разрушен. Как раз с ним все в порядке, он следует практике Дхармы. А вот то, что творится с нашими умами — это большой вопрос. Святой и великий практик явил миру откровение, не только буддистам и последователям ведического учения, но и христианам, мусульманам, джайнам, атеистам и тем кто не верит даже в отсутствие религиозных убеждений. И его практику тут же подвергли сомнениям, а вокруг имени нагромоздили зловонную кучу подозрений вкупе с измышлениями. И его пришлось ограждать от посвиста толпы и желающих прикоснуться к драгоценным одеждам. Хотя такие как Палден Дордже не нуждаются в посторонней помощи. В наш мир они приходят, чтобы оказывать ее другим. Даже когда они сидят, скрестив ноги и погрузившись в самадхи, делают больше тысяч и тысяч горлопанов и бестолочей, которые этот самый мир ввергают в беспорядочное брожение умов. Многим из нас, кто пытается изучать и практиковать восточные учения не достает элементарного — веры. На небесах таких как Палден Дордже признают высшие существа и боги всех разрядов. Но сомнения удел нашей расы. Всем мира.